В теории спортсмены действительно могут изменить свой геном для получения лучших результатов, причем такой генетический допинг невозможно выявить с 100%-ной вероятностью, рассказала «Газете.Ru» ведущий научный сотрудник MyGenetics Ирина Колесникова.
Всемирное антидопинговое агентство (WADA) определяет генетический допинг как использование генетических модификаций, генетических элементов, генетически модифицированных клеток или генно-инженерных технологий с целью улучшения спортивных показателей.
«Речь идет о применении методов генной терапии и молекулярной биологии не для лечения болезней, а для повышения выносливости, силы или скорости у здорового спортсмена. Такие технологии разрабатывались для медицины — например, для лечения редких генетических заболеваний, — но при использовании вне медицинских показаний они становятся источником серьезных рисков. В отличие от привычных форм допинга генетический вмешивается непосредственно в работу клеток и генов. Это делает его особенно опасным: он влияет не только на физические показатели, но и на базовые биологические механизмы, от которых зависит здоровье человека. Кроме того, такие вмешательства крайне сложно обнаружить и проконтролировать, что создает серьезные проблемы для антидопинговой системы», — объяснила ученый.
С точки зрения физиологии генетическое вмешательство может быть направлено на несколько ключевых направлений, которые напрямую связаны со спортивными результатами: это улучшение транспорта кислорода и адаптации к гипоксии, увеличение мышечной силы и массы, повышение выносливости и эффективности энергетического обмена, снижение болевой чувствительности и воспаления, усиление работы нервно-мышечной системы и когнитивных функций.
«Однако на практике далеко не все эти направления реализуемы. Современная наука и антидопинговые исследования показывают, что существует очень ограниченный круг генов, вмешательство в которые действительно может дать заметный эффект. Но главное — такие вмешательства не предназначены для здоровых людей. Большинство данных о них получено либо в экспериментах на животных, либо в клинических исследованиях тяжелых заболеваний. Основные риски для здоровья — сердечно-сосудистые осложнения, онкологические риски, опасные иммунные реакции. Кроме того, в отличие от лекарств, генетическое вмешательство нельзя просто «отменить», — заметила генетик.
Обнаружить генетический допинг гораздо труднее, чем обычный. Причина в том, что организм после вмешательства может производить совершенно обычные, «родные» белки, которые невозможно отличить от естественных. Кроме того, нельзя исключать, что спортсмен может быть обязан своими выдающимися достижениями и уникальными биохимическими показателями «родному» «выигрышу в генетическую лотерею» — то есть наличием собственной врожденной полезной для спорта мутации.
«Однако напоследок скажем, что на 100% доказать его крайне сложно. Настолько, что абсолютно подтвержденных случаев конкретного привлечения за полностью доказанное использование генетического допинга мне не встречалось. Хотя, например, встречаются упоминания о том, что у WADA есть информация о таких попытках (насколько это не блеф и насколько эти попытки были успешными — вопрос)», — заключила специалист.