Экономисты видят накопление системных рисков для бюджета и госдолга России. О бюджетном кризисе речи пока не идет, но в среднесрочной перспективе эти вопросы придется решать. Об этом говорили участники вебинара «Эксперт РА», пишут «Известия».
РИА Новости
Подчеркивается, что налоговые реформы последних лет увеличили долю ненефтегазовых доходов. Если в бюджете-2026 на нефтегаз приходится 18%, то к 2029 году показатель опустится ниже 16%. Это повышает устойчивость казны, хотя поступления от экспорта углеводородов остаются волатильными из-за санкций и геополитики.
Одновременно растут расходы. В последней версии трехлетнего бюджета траты на 2026 год увеличены почти на 10% — с 44 до 48,5 трлн рублей. Социальные расходы в реальном выражении снижаются, а на оборону и общегосударственные нужды растут. Структурный первичный дефицит сохранится в 2026–2028 годах, выход к балансу откладывается к концу десятилетия, указывают специалисты.
Главная проблема — расхождение фискальной и монетарной политики. Бюджет стимулирует экономику, ЦБ сдерживает спрос высокими ставками. По словам замдекана экономфака МГУ Олега Буклемишева, разрыв между ростом экономики около 1% и реальными ставками выше 10% делает Россию мировым рекордсменом. Дефицит финансируется через ОФЗ под 17% и выше, процентные расходы достигли 3 трлн рублей и вытесняют инвестиции.
Рынок госдолга испытывает давление. Нерезиденты ушли, розница теряет интерес к длинным бумагам, банки требуют флоутеры. Пенсионные и страховые фонды готовы брать классические ОФЗ, но лишь на 20–30 млрд рублей в неделю, тогда как Минфину нужно свыше 100 млрд. Чистые заимствования достигли 2,5% ВВП в год против исторических 1–1,5%. Государству придется увеличивать долю флоутеров и коротких бумаг, отмечают эксперты.
Экономика на перепутье: всё об инфляции, ключевой ставке и курсе рубля в октябре
