Фото ООН/Э. Дебебе Халилур Рахман, избранный президент 81-й сессии Генеральной Ассамблеи. «Насилие лишь усугубляет проблемы»: Председатель Генассамблеи о доверии, ИИ и уроках кризиса рохинджа ООН
Халилур Рахман стал Председателем Генеральной Ассамблеи ООН в период, который сам он называет «кризисом доверия».
Опытный дипломат из Бангладеш, министр иностранных дел этой страны, также прослуживший много лет в Организации Объединенных Наций, заявил, что приоритетом его годичного председательства на 81-й сессии Генассамблеи станет восстановление доверия к ООН.
К этой теме он возвращается постоянно, вспоминая об оптимизме времен основания ООН в 1945 году и указывая на пропасть между ожиданиями государств-членов тогда и результатами работы организации сегодня.
В преддверии Недели высокого уровня – главного события в календаре ООН и крупнейшего саммита мировых лидеров – Рахман дал интервью Службе новостей ООН. Он рассказал, как на практике должна выглядеть трансформация Организации, почему искусственный интеллект стал для ООН небывалым вызовом и какие уроки из своей работы по преодолению кризиса рохинджа он намеревается применить на новом посту.
Он также ответил скептикам, считающим Генеральную Ассамблею бессильной на фоне парализованного разногласиями Совета Безопасности.
Служба новостей ООН: Сейчас проходит Неделя высокого уровня. Каковы ваши ожидания, и с чем, по вашему мнению, мировые лидеры должны уехать в свои страны по ее завершении?
ХР: Неделя высокого уровня – ярчайшее проявление того, насколько уникальной консолидирующей силой обладает Организация Объединенных Наций. Это редкая возможность услышать из первых уст мнение тех, кто управляет государствами: как они видят глобальную и региональную обстановку, положение в собственных странах и чего именно ждут от ООН.
Больше всего меня интересует, что они скажут о восстановлении доверия к организации. Это ключевой вектор моего председательства. Я сделал эту тему центральной и хочу опираться на их мнение как на ориентир в своей дальнейшей работе.
Служба новостей ООН:Восстановление доверия – краеугольный камень вашей программы. Как это выглядит на практике и по каким критериям вы будете оценивать успех?
ХР: Вернемся в 1945 год, к истокам нашей Организации. В Ялте Рузвельт, Сталин и Черчилль проводили встречи на протяжении восьми дней. Помимо решения вопросов о завершении войны, они задумали создание всемирной организации, главной целью которой было предотвращение повторения конфликтов, подобных двум мировым войнам.
Когда в Сан-Франциско было официально объявлено о создании ООН, делегаты аплодировали стоя. В этом порыве выражалась надежда на то, что ООН сможет обеспечить мир.
И я рад констатировать, что за прошедшие восемь десятилетий нам удалось избежать масштабного глобального конфликта. Государства, не представленные тогда за столом переговоров, освободились от колониальной зависимости и сформировали в рамках ООН мощную систему содействия развитию.
Однако предотвратить множество локальных конфликтов нам так и не удалось, да и прогресс в сфере развития нередко оказывался слишком медленным. Мы должны приложить все усилия к тому, чтобы Совет Безопасности работал слаженно и выполнял возложенные на него задачи.
Служба новостей ООН Заседание Совета Безопасности.
Ни по одному из этих двух ключевых направлений ожидания международного сообщества так и не оправдались в полной мере. Это порождает разочарование и ощущение, что ООН не справляется со своими задачами, что, в свою очередь, подрывает доверие к Организации.
Отдельно упомяну права человека – наше третье важнейшее направление: на него выделяется всего четыре процента от общих расходов. Мы добились существенных успехов, но сделать предстоит еще очень многое.
Нам необходимо вести активную работу по всем трем направлениям, чтобы вернуть то доверие, которым Организация пользовалась в момент создания. Это колоссальная задача, требующая совместных усилий всех государств-членов и заинтересованных сторон.
Служба новостей ООН:Вы подчеркивали, что сейчас не 1945 год и мир шагнул далеко вперед. Какую ключевую перемену вы бы выделили?
ХР: Искусственный интеллект. Он может стать мощным стимулом для развития, однако, если верить мрачным прогнозам некоторых видных деятелей, он также представляет серьезную угрозу для человечества.
Мы не должны искусственно тормозить инновации – этот процесс остановить невозможно. Однако очень важно установить четкие «рамки безопасности», чтобы технологический прогресс служил во благо людям, а не вредил им.
И это задача не только для правительств, но и для всех, кто непосредственно занимается разработкой и внедрением этих технологий. Все эти сообщества должны быть привлечены к дискуссиям и принятию решений, чтобы мы могли найти безопасный путь, при котором ИИ будет работать на благо человечества.
Служба новостей ООН:Критики утверждают, что резолюции Генеральной Ассамблеи имеют лишь моральный вес, но не обладают реальной силой, в то время как реальная власть сосредоточена в руках Совета Безопасности, работу которого часто блокируют вето. Что вы на это ответите?
ХР: Если бы Ассамблея была бесполезна, Недели высокого уровня просто не существовало бы, и главы государств сюда бы не приезжали. Практическая польза, безусловно, есть. Главное, что я вижу, – это колоссальный консолидирующий потенциал площадки, на которой представлен весь мир. Ничего подобного на планете больше нет.
Дипломатия не всегда происходит открыто. Ассамблея предоставляет лидерам государств и правительств защищенную среду для обсуждения сложнейших проблем и поиска компромиссов. Это также авторитетный способ получить информацию непосредственно от тех, кто управляет нашими обществами.
Убежден, что Ассамблея продолжит играть ключевую роль в формировании международных норм и определении общего вектора работы мирового сообщества.
Служба новостей ООН: Вы непосредственно занимались урегулированием кризиса рохинджа. Какие уроки из этого опыта вы учтете в своей работе на посту Председателя Генассамблеи?
ХР: Это страшная гуманитарная трагедия: на людей нападали, их дома бомбили, деревни сжигали, их изгоняли собственные соотечественники. Беременным женщинам вспарывали животы и бросали детей в огонь…
Но в то же время я видел их невероятную стойкость, волю к жизни и желание вернуться домой. Когда Генеральный секретарь посетил Кокс-Базар в прошлом году, более 100 тысяч беженцев собрались вечером в Рамадан, чтобы разделить с ним трапезу. У каждого в руках был плакат: «Мы хотим вернуться домой».
Урок, который я извлек из этого, прост: насилие не решает ни одной проблемы. Оно лишь откладывает ее решение и усугубляет последствия. Только путь диалога и переговоров, только совместная работа помогут нам найти выход.
Именно поэтому я так высоко ценю потенциал Ассамблеи – места, где лидеры собираются на высшем уровне в безопасной обстановке, чтобы вместе определить путь вперед.
Служба новостей ООН: Если заглянуть в последний день вашего председательства: чем вы хотели бы гордиться больше всего?
ХР: Сегодня я сказал своей команде: я смотрю не на сегодняшний день. Я смотрю на день, когда буду передавать молоток Председателя своему преемнику. Если мне удастся помочь государствам-членам согласовать необходимую реформу Организации, обеспечить ее финансовую устойчивость и ускорить практическое выполнение решений на местах – если будет хоть какой-то прогресс по любому из этих пунктов, я передам этот молоток с чистой совестью.
